Ошибка выполнения запроса! - Duplicate entry '154880848' for key 'PRIMARY'
Хабаровск Православный | Христианский крест среди осколков статуй Будд
Хабаровск православный Журнал Христианский крест среди осколков статуй Будд

Христианский крест среди осколков статуй Будд

Иеромонах Никанор (Лепешев)

13.11.2006

1960 год для группы приморских учёных-археологов под руководством Э. В. Шавкунова оказался удачным. У подножия небольшой одинокой сопки Абрикосовой, что близ с. Кроуновка Славянского (ныне – Уссурийского) района, они обнаружили остатки древней буддийской божницы IX века, построенной ещё во времена государства Бохай. В научной литературе эта находка получила наименование Абрикосовского храма.

При его раскопках, среди осколков статуй Будд и лепных украшений, была найдена маленькая овальная глиняная табличка с изображением… христианского креста (!).  Крест был четырёхконечным, без распятия, с расширяющимися от центра концами, и относился к древнему восточно-сирийскому типу[1]. Он стал свидетельством присутствия христианства на территории нынешнего российского Дальнего Востока уже в IX столетии по Рожестве Христовом. Но как же попал этот сирийский крестик с Ближнего Востока на Восток Дальний?

***

… У христиан Индии и Армении существует древнее предание о том, что первым проповедником Евангелия на Дальнем Востоке стал святой Фома, один из двенадцати апостолов Спасителя. В начале 50-х годов I века он ненадолго посетил Китай и оставил там нескольких своих учеников[2].

Есть и археологические свидетельства проповеди христианства в Поднебесной Империи уже в первые столетия по Рождестве Христовом. Так, в восточно-китайской провинции Цзянсу, в одной из гробниц, относящейся к династии Хань (206 г. до н. э. - 220 г. н.э.), находятся вырезанные в камне библейские картины: сцены мироздания, искушение Евы, Рождества Христово и деяния апостолов[3].

Но дошла ли Весть о Воскресшем Господе в ту эпоху и до других дальневосточных народов, наука пока умалчивает.

 В 635 г в Китай из Персии пришел епископ Алобэнь (Алопен, в другой транскрипции - Олопан), принадлежавший к т.н. «Церкви Востока», т.е. Сиро-халдейской (ассирийской) церкви. Вместе с ним пришли более двух десятков монахов-проповедников. Именно они, по всей видимости, и принесли в Поднебесную Империю характерную для Сирии и Кавказа форму Креста Христова. Ту форму, которую мы видим и на табличке из Абрикосовского храма.

О трудах Алобэня и его сподвижников рассказывает древний текст «Памятник распространения сияющей религии из Да-цинь в Китае», выбитый на стеле Сиань-фу 781 года, находящейся в пригородах Сиани. В нём сообщается, что Алобэнь со спутниками был хорошо принят при императорском дворе и ему было поручено перевести христианские тексты для дворцовой библиотеки. Алобэнь назван человеком, «обладающим великой добродетелью», учащим людей более своими делами, чем словами. Пообщавшись с ним, Император отдал распоряжение о строительстве в столице христианской иноческой обители. Со временем, согласно тексту на стеле, сиро-халдейские монастыри были основаны в каждом округе, которых в тогдашнем Китае было около трехсот, а сам Алобэнь обрел титулы «Хранителя царства» и «Властителя Великого Закона». Сохранилось четыре богословских трактата на китайском языке, приписываемых перу Алобэня. Их содержание говорит о писателе, как о человеке весьма образованном[4].

В связи с миссией персидских монахов в Китае существует ряд богословско-канонических проблем. Дело в том, что после 431 г Сиро-халдейская Церковь Востока оказалась вне канонического общения с остальными Церквами, т.к. не признала осуждения еретика Нестория на III Вселенском Соборе в Эфесе. Но не смотря на это, по меньшей мере ещё два-три столетия она, парадоксальным образом, сохраняла невидимые благодатные связи со Вселенской Церковью. Возможно, благодаря тому, что среди ассирийских христиан  в то время ещё оставалось немало людей, мысливших православно (например, вставший на сторону VI Вселенского Собора в Халкидоне богослов Мартирий-Сахдона[5]). Или же в силу того, что, как считают некоторые исследователи, причиной разделения между Сиро-халдейской Церковью и другими Церквами послужили не богословские расхождения, не ересь, а взаимное терминологическое непонимание, основанное на разном употреблении таких важнейших терминов, как «природа» (греч. – фисис, сир. – кйана), «ипостась» (греч. – ипостасис, сир. – кнома) и «лицо» (греч. – просопон, сир. – парсопа)[6].

О благодатности Церкви Востока свидетельствует тот факт, что в середине – второй половине VII века (т.е. через 200 с лишним лет после Эфесского Собора) в её лоне просиял такой великий святой, как преподобный Исаак Сирин, епископ Ниневийский. Аскетические творения этого подвижника на века стали настольной книгой для многих монахов и мирян Православной Церкви[7].

Сиро-халдейская миссия в древнем Китае развивалась именно в то время, когда в Месопотамии жил и подвизался великий Авва Исаак. Поэтому можно говорить о том, что обращённые Алобэнем и его сподвижниками китайцы также не были чужды Вселенской Церкви и действительно приобщались к спасительной благодати.

К тому же тонкости христологии почти непередаваемы средствами китайского богословско-философского инструментария. И в процессе изложения ассирийцами своих богословских воззрений на языке Поднебесной, точнее – передачи их посредством буддийских,  даосских и конфуцианских терминов, был утерян всякий специфически несторианский их оттенок, даже если он и присутствовал[8]. Так что как бы мы ни относились к самому Алобэню и его помощникам, обращённых ими китайцев едва ли можно считать несторианами.        

Персидские миссионеры основали несколько сотен христианских церквей и монастырей по всей Поднебесной Империи.  Как знать, не просияли ли в них подвижники, подобные преподобному Исааку Сирину?! 

***

В 698 году к северо-востоку от Китая возникло новое государство Бохай («Цветущее государство Восточного моря»). Оно охватывало нынешние земли, Ю.-В. Манчжурии, С.-В. Кореи, российского Приморья и юга Хабаровского края. А, по мнению ряда других учёных, влияние Бохайского королевства простиралось и далее на северо-восток, вплоть до самого устья Амура. Основным его населением были тунгусские племена мохэ, а также корейцы-когурёсцы и некоторые другие народы[9].

Бохай имел развитые политические, торговые и культурные связи с соседними государствами, особенно с Китаем и Японией[10]. Видимо в какой-то период из Китая в бохайские земли пришли миссионеры Церкви Востока – продолжатели дела епископа Алобэня. Доказательством их присутствия там является крест, найденный у подножия Абрикосовой сопки.

Возможно, приход в Бохай ассирийских проповедников связан с гонениями на них в Китае. Первые притеснения христиан со стороны высокопоставленных чиновников-конфуциан и буддистов имели место в годы правления императора Шэн-ли (698-700 гг.). А в 845 году император У-цзун повелел всем буддийским, даосским и христианским монахам покинуть монастыри и жить в миру. Преследования могли заставить их искать убежище в соседних странах.  

К тому же, для Церкви Востока VII, VIII, IX века были временем активного миссионерства и небывалого территориального расширения. В этот период персидское христианство проникло не только в Китай, но и в Палестину, Западную Сирию, Аравию, Туркестан, Индию, а позже и в Монголию. К XIV веку Сиро-халдейская церковь по своим размерам не имела себе равных среди других христианских Церквей[11]. Следы проповеди сиро-халдейских христиан имеются даже в Японии[12], так что было бы удивительным, если б они не побывали и в «Цветущем государстве Восточного моря».

Насколько широкое распространение в Бохае получило христианство, и были ли там, как в соседнем Китае, христианские храмы и монастыри, сказать сложно. Археологических свидетельств тому пока нет. Очевидно одно: проповедь о спасительной силе Креста Христова звучала среди бохайцев… 

***

Почему же «абрикосовский крест» оказался в буддийской божнице? Этого мы, наверное, уже никогда не узнаем. В отличие от тех керамических фрагментов, среди которых он был найден, изготовлен он не из очень тщательно отмученной глины. Т.е. явно «инороден», сделан другим мастером. Можно предположить, что крестик был оставлен в деревне близ Абрикосовского храма христианским миссионером, возвещавшим слово Божие бохайским буддистам в далёком IX веке.  

***

… В 926 государство Бохай было завоёвано монгольским племенем киданей, в результате чего распалось на ряд мелких полузависимых и зависимых от завоевателей владений[13]. Падение государства со временем привело и к запустению того бохайского поселения в Приморье, жители которого возвели Абрикосовский храм.

До XII века киданьское государство Ляо («Железное») оставалось наиболее могущественной державой Восточной Азии и включало в себя покорённые земли от Японского моря до Восточного Туркестана. Для нас значим тот факт, что в Империи Ляо среди монголо-язычных народов с XI века появляется большое количество христиан. Это были плоды проповеди всё тех же миссионеров сиро-халдейской Церкви Востока. Власти Ляо терпимо относились к христианству, хотя и считали его религией второго сорта. Таким образом, в эпоху киданьского владычества вера во Христа могла сохраняться и на территории нынешнего российского Дальнего Востока. 

В 1115 году, спустя почти два века после падения Бохайского королевства, тунгусские племена снова нашли в себе силы создать собственное независимое государство. На этот раз в центре этого процесса оказался народ чжурчжэней. Чжурчжэни, провозгласив себя приемниками государства Бохай, к середине XII века захватили Маньчжурию, Империю монголов-киданей Ляо, Северный и Северо-восточный Китай, а также часть нынешней Внутренней Монголии. Так возникла огромная чжурчжэньская Империя Цзинь («Золотая»)[14].

Можно с большой долей вероятности предположить, что сиро-халдейские монахи-миссионеры из оккупированных чжурчжэнями Китая и Монголии должны были проникать и в глубь Золотой Империи. Т.е. в земли, спустя века ставшие российскими. Кстати, в состав населения Империи Цзинь входили и бохайцы. Они ещё продолжали существовать как самостоятельный народ, и среди них вполне могли оставаться верующие во Христа.

 В Церкви Востока были очень развиты традиции уединённого пустынножительства, вспомним того же преподобного Исаака Сирина. А девственная дальневосточная тайга очень подходила для такого рода подвига. Поэтому на берега Амура, Сунгари, Уссури и Японского моря вполне могли приходить в поисках безмолвия отшельники из числа самих ассирийцев или обращённых ими народов.

Но широкого распространения вера во Христа среди чжурчжэней и родственных им народов, по всей видимости, не получила.

«Золотая Империя» Цзинь просуществовала чуть более века и была разгромлена Великим монгольским ханом Угедеем, сыном Чингисхана, в 1234 году. Монголы очень терпимо относились к христианству, т.к. среди них самих было немало чад Сиро-халдейской Церкви. Тем не менее, именно их разрушительное нашествие, скорее всего, и уничтожило последние следы миссии Церкви Востока в Приморье и Приамурье.  

***

Через четыре века воинственные тунгусские племена – потомки бохайцев и чжурчжэней, обитавшие в нынешнем Северо-Восточном Китае и Южном Приморье,  – вновь подняли голову. Именовали они себя маньчжурами. В 1616 году они создали государство Поздняя Цзинь, провозгласив его наследником чжурчжэньской Золотой Империи. В 1635 году государство было переименовано в Маньчжоу. В 1644 году, воспользовавшись крестьянской войной в Китае, маньчжуры захватили Поднебесную и основали династию Цин («Чистая»), правившую страной почти три века, до революции 1911 года[15]. 

Исторический путь других потомков бохайцев, чжурчжэней и родственных им народностей увёл их «за край ойкумены». К ним относятся такие тунгусо-маньчжурские племена, как эвенки, эвены, негидальцы, нанайцы, ульчи, орочи, удэгейцы и другие малые народы[16].

К XVII веку, когда на Дальний Восток пришли русские, никто из коренных обитателей Приамурья и Приморья уже не помнил о Христе. Но с вхождением этих земель в состав Российского Царства настало время для Православной Церкви начать свою проповедь здесь. И снова над Приамурьем и Приморьем воссиял Крест Христов, принесённый сюда миссионерами Церкви Востока в IX веке.

***

Форма креста, подобная «абрикосовскому», издревле распространена во всей Вселенской Церкви. И по сей день её можно увидеть, например, на многих богослужебных ризах, окладах напрестольных Евангелий и т.д. Типологически она близка также к новгородской, валаамской и кельтской форме креста. Всё написанное выше о христианской проповеди в Приморье и Приамурье в IX-XIII веках пока является лишь рабочей гипотезой. Но маленький «абрикосовский крестик» по праву может считаться одним из главных символов христианства на российском Дальнем Востоке. Именно в таком виде, как на найденной близ Абрикосовой сопки глиняной табличке, Крест Христов впервые пришёл в эти края. И, не смотря на усилия всех древних и новых крестоборцев, сияет над дальневосточной землей до сих пор.


Примечания:
http://pravoslavie.ru/cgi-bin/news.cgi?item=2r051224121847
См. также: Профессор Вэйфань утверждает, что христианство на его родине появилось на 550 лет раньше, чем принято считать.Благовест-инфо, Пекин, Китай, 3 августа. 
[4] Ломанов А.В. Раннехристианская проповедь в Китае.
[5] Илларион (Алфеев), епископ. Духовный мир преподобного Исаака Сирина. СПб, «Алетейя», 2002. С. 19.
[6] См., например: Селезнёв Н. Христология Ассирийской Церкви Востока. Анализ основных материалов в контексте истории формирования вероучения. М., Euroasiatica, 2002. Также: Илларион (Алфеев), еп. Духовный мир преподобного Исаака Сирина. С. 15-17.
[7] Его творения: Авва Исаак Сирин. Слова подвижнические. М., «Правило веры», 1993. Исаак Сирин, преп. О Божественных тайнах и о духовной жизни. Новооткрытые тексты. Перевод с сирийского, примечания, предисловие и послесловие еп. Иллариона (Алфеева). Изд. 3-е, испр. и доп. СПб, «Издательство Олега Абышко», 2006. О нём см.: Илларион (Алфеев), епископ. Духовный мир преподобного Исаака Сирина. СПб, «Алетейя», 2002.
[8] Ломанов А.В. Раннехристианская проповедь в Китае; Также: Селезнёв. Христология Ассирийской Церкви Востока. С.97-106.
[9] Шавкунов Э.В. Государство Бохай и памятники его культуры в Приморье. Л., «Наука», АН СССР, 1968. С. 46-54,57-58, 61.
[10] Шавкунов Э.В. Государство Бохай и памятники его культуры в Приморье. С. 67-69.
[11] Илларион (Алфеев), еп. Духовный мир преподобного Исаака Сирина. С. 25.
[12] Ким Г.Н. История религий Кореи, Алматы, Казак университетi, 2001. С. 4.
[13] Шавкунов Э.В. Государство Бохай и памятники его культуры в Приморье. С. 54-56.
[14] См.: История золотой империи. Новосибирск, РАН, Сибирское отделение,1998. Также: Шавкунов Э.В. Государство Бохай и памятники его культуры в Приморье. С. 56.
[15] Александров В.А. Россия на Дальневосточных рубежах (вторая половина XVII века). Хабаровск, 1984. С. 22-24.
[16] Шавкунов Э.В. Государство Бохай и памятники его культуры в Приморье. С. 57-58.


Список использованной литературы.
1. Александров В.А. Россия на Дальневосточных рубежах (вторая половина XVII века). Хабаровск, 1984.
2. Илларион (Алфеев), епископ. Духовный мир преподобного Исаака Сирина. СПб, «Алетейя», 2002.
3. История золотой империи. Новосибирск, РАН, Сибирское отделение,1998.
4. Ким Г.Н. История религий Кореи, Алматы, Казак университетi, 2001
5. Ломанов А.В. Раннехристианская проповедь в Китае.
Ист.: http://www.chinese.orthodoxy.ru/RUSSIAN/kb1/History1.htm, 2002 (Китайский благовестник, №1, 1999).
6. Ломанов А.В. Христианство и китайская культура. М., «Восточная литература», РАН, 2002.
8. Селезнёв Н. Христология Ассирийской Церкви Востока. Анализ основных материалов в контексте истории формирования вероучения. М., Euroasiatica, 2002.
9. Шавкунов Э.В. Государство Бохай и памятники его культуры в Приморье. Л., «Наука», АН СССР, 1968.


Церковь, История